Сергей Кушнерев

– С вашим приходом на «Фабрику» там появились элементы других реалити-шоу. К примеру, участникам придется самим зарабатывать себе на прокорм. Зачем такое ужесточение? И не получится ли так, что они будут заниматься не обучением профессии поп-исполнителей, а мыслями о том, что бы поесть?
– Истинный смысл жанра реалити – в приближении телевидения к реальной, а не придуманной жизни. Реальность же такова, что десятки, если не сотни тысяч молодых людей каждый год приезжают покорять Москву, чтобы найти свое место под солнцем и обратить на себя чье-то внимание. Спросите у любой состоявшейся знаменитости, как это было у них, вы поймете, что никаких тепличных условий при этом не бывает.

Шоу-бизнес – это не фабрика Барби, а большая и серьезная работа. Если люди действительно хотят посвятить себя этой работе – почему бы им не начать работать и зарабатывать? Именно для этого на площади перед «Фабрикой» будет построена сцена, на которой те, кто попадет на «Фабрику», смогут понять, способны ли они собрать и заинтересовать зрителей, а зрители смогут увидеть, как все происходит по-настоящему, вживую.

Кроме того, те, кто на «Фабрику» не попадет, смогут выступать на этой же сцене – и мы договорились с Константином Меладзе о том, что если вдруг на этой сцене мы увидим человека более способного и талантливого, чем те, кто будет отобран в результате кастинга, – этот человек получит шанс попасть на «Фабрику» даже после начала ее работы.

- В вашей формулировке «зарабатывать на прокорм» уже заложено некое пренебрежительное отношение к работе как таковой, видимо, возникшее как раз под влиянием многочисленных «реалити-шоу».
- Не «на прокорм» зарабатывать, а зарабатывать своим искусством и своим талантом – есть разница? Так ведь в любой профессии – одни журналисты работают, другие зарабатывают «на прокорм».

– «Фабрика» – конкурс не только песенный, но и реалити. Как вы думаете, не мешает ли одно другому?
– «Фабрика» – это процесс подготовки музыкантов и исполнителей на глазах зрителей. Одним интересно, как собственно поют – другим интересно, как это делается, как что создается. В чем здесь противоречие?

- Насколько я знаю, после просмотра 10 тысяч кандидатов так и не нашли подходящих 16 человек, которых можно выпустить в эфир. В чем, на ваш взгляд, проблема? Сильно ли влияла на этот выбор внешность претендентов? Каким вообще должен быть человек, чтобы попасть в телевизионный формат? Есть какие-нибудь стандарты внешности, формулы поведения, специальные рецепты создания необходимого образа?
– Мы хотим выбрать действительно лучших. И если у нас пока есть время, чтобы увидеть и услышать тех, кто не смог или не решился приехать на кастинг 3-5 июня, почему этого не сделать? Тем более, что мы ищем людей, которые одновременно были бы интересны и как исполнители, и как участники телевизионной передачи.

Что касается пожеланий к кандидатам, нас интересуют не какие-то стандарты, а как раз напротив – их отсутствие. Они должны вызывать интерес – и тем, как поют, и тем, как выглядят, и тем, как держатся.
– На «Фабрике звезд-7» съемки будут вестись не только в «Звездном доме», но и на летней эстраде, где будут выступать все добровольцы. Как вы думаете, каков будет процент выступлений, достойных эфира? Не боитесь, что это превратится в смотр самодеятельности?
– Еще раз повторю наше общее понимание ситуации: «Фабрика» – это реальный процесс поиска талантливых людей. Поэтому в словах «смотр самодеятельности» я не вижу ничего обидного или уничижительного. Искать будем и в самодеятельности тоже. Кстати, многие великие и через это прошли. А когда найдем, тут уж начинается работа лучших педагогов, чтобы превратить «самодеятельность» в высокий профессионализм. Что из этого окажется достойно для показа в эфире – решим, когда увидим, как все это будет происходить.

– Вы были продюсером самых разных телешоу, среди которых и «Последний герой». Сколько нужно денег, чтобы создать идеальное телешоу такого жанра? Сколько собираетесь потратить на «Фабрику»?
– Сколько нужно денег, зависит от того, сколько есть идей. И сколько талантливых людей готово участвовать в их реализации.

– Сегодняшнее телевидение и нынешнюю эстраду упрекают в одинаковости картинок – одинаковые стройные девочки поют одинаково плохие песни под одинаково плохую музыку. Будете ли стремиться разнообразить эту картинку? Или «Фабрика» под вашим руководством будет лишь попадать в формат?
– Я не понимаю, что такое «попадать в формат». В какой формат? Если в вашем понимании формат – это «одинаково плохие песни» и «одинаковые девочки», то в этот формат попасть никто из нас не стремится.

– Сегодня телевидение часто упрекают в отсутствии новых форм. Чего, на ваш взгляд, не хватает отечественному ТВ? Каких шоу? Форматов? Лиц?
– Не скажу.

– Когда смотришь западные телеканалы, ведущие многих шоу и новостей выглядят очень по-разному: среди них есть несимпатичные люди, немолодые, крупные, с плохими прическами. Они какие-то «неглянцевые». Почему на нашем телевидении нет таких людей?
– А какие передачи вы смотрите? Посмотрите программу «Жди меня», например.

– Накануне перехода на цифровое вещание появляется все больше нишевых телеканалов. Какой бы канал вам хотелось создать? Какого не хватает? Чего хочется зрителю?
– Канал мы уже создаем. Пока работа не завершена, рассказывать о ней не стоит. Сделаем – увидите.

Если вы являетесь представителем артиста, пожалуйста напишите нам | Контакты |